Журнал «ALTEREXIT»: идеология, политика, экономика, культура
Меню

Мировой финансовый кризис: что, опять?

С 2009 года цены на акции постоянно росли без особой волатильности, но в первых числах февраля (а затем и 8 февраля пробив второе дно), индустриальный индекс Dow Jones просел на 2200 пунктов (-8,5%), а S&P 500 — на 7,9% от пика в конце января. Самый популярный показатель волатильности фондового рынка — VIX также резко достиг уровней ранее не наблюдавшихся с 2011 и 2009 года.

Джонатан Ньюман профессор по экономике и финансам в колледже Брайана в Дейтоне, штат Теннесси, объясняет, что привело к нынешнему кризису, у порога которого мы стоим, и что с ним нужно делать (или не делать).

Финансовые аналитики и журналисты выделили несколько факторов, которые могут быть связаны с падением на фондовом рынке:

  • Налоговая реформа Трампа могла вызвать дополнительную неопределенность в отношении будущего для предприятий.
  • Рынки облигаций указывают на рост инфляции в будущем, а это означает, что издержки ведения бизнеса могут возрасти.
  • Увеличение ожидаемой инфляции в сочетании с новым, оптимистично выглядящим выпуском официальных данных о заработной плате в США могут побудить ФРС для дальнейшего повышения процентной ставки.

Но чтобы действительно понять, что происходит на рынке, нам нужно вернуться к тому какой ответ ФРС дала на кризис 2007–08 годов.

Беспрецедентная денежно-кредитная политика

Во время финансового и экономического краха 10 лет назад ФРС ответила беспрецедентным образом. Мы были свидетелями самого большого расширения кредита и самых низких ставок межбанковских займов.

финкризис 2018

(Синяя линия выше показывает разницу в бухгалтерском балансе ФРС. Красная линия — это учетная ставка для денег, которые банки получают от ФРС, или ставка по которой банки платят друг другу за займы. Это рассматривается как основа для всех других ставок по кредитам в США и показывает беспрецедентную экспансионистскую денежно-кредитную политику ФРС в ответ на последний экономический спад)После 2008 года ФРС вливала в финансовый сектор и банковскую систему триллионы долларов, что сделало деньги дешевле, чем когда либо раньше. Это политика проводилась с целью дать компаниям дешевые кредиты, чтобы стимулировать большие расходы и занятость во всей экономике. В ФРС хотели, чтобы цены на жилье и цены на активы (включая акции) прекратили падение и вернулись к необратимой позитивной тенденции роста, которая имела место в середине 2000-х годов.Но крах фондового рынка и схлопывание пузыря на рынке жилья были жизненно важными источниками информации о том, что же делать дальше. Это выглядело как рентгенографические снимки, которые указывали на место и степень заболевания пациента. Ответ заключался не в том, чтобы отфотошопить изображения, чтобы все выглядело так, как будто болезни не было, но позволить пациенту и его врачу пройти процесс лечения с точной информацией.Короче говоря, ФРС не позволила всей экономике пройти оздоравливающую коррекцию, необходимую ей после последнего цикла, который также был вызван ФРС.

Важность рыночных процентных ставок

Людвиг фон Мизес, великий экономист Австрийской экономической школы, первым выдвинул теорию о том, как центральные банки вызывают бизнес-циклы «бума и спада». Это основано на том факте, что предприятия полагаются на рыночные процентные ставки, чтобы совершать выбор в отношении того, какие проекты следует проводить, а также сколько людей следует нанимать и какие капитальные товары необходимы для реализации этих проектов.Без вмешательства со стороны центрального банка процентная ставка выполняет жизненно важное балансирование между заемщиками и кредиторами. Их взаимодействие, которые отражают их оценочные суждения относительно сбереженных ресурсов экономики, вызывают повышение и падение процентных ставок.Если люди начнут больше экономить и готовы будут предоставить дополнительные сбережения потенциальным заемщикам, процентная ставка по этой же причине снизится. Например, цена на бананы упадет, если предложение этих желтых плодов увеличится. Запасы сэкономленных ресурсов (земли, строительные материалы, оборудование и т. д.) отдаются в руки заемщиков, которые будут использовать их в своих желаемых целях, включая расширение своего бизнеса, покупку домов или даже старт новых предприятий.В тех случаях, когда кто-то заимствует, чтобы расширить или начать новый бизнес, они это будут делать только в том случае, если они планируют заработать достаточно денег, чтобы заплатить за то, что они заимствовали, плюс проценты, и, рассчитывая, что еще будут иметь определенную прибыль для себя. Таким образом, процентная ставка не только выполняет роль балансирования, но также служит стандартом для предпринимателей, чтобы оценить, какие бизнес-проекты следует проводить, а от каких воздержаться.

Вмешательство центробанка

Этот процесс эффективного распределения сбереженных ресурсов на наиболее рациональное и продуктивное использование, основанное на надежной и точной информации от кредитных рынков, превращается в полный беспорядок, когда вмешиваются центробанки.Когда ФРС искусственно расширяет кредит, они снижают процентные ставки и заставляют все выглядеть так, как будто существует больший запас запасов ресурсов, чем это есть на самом деле. Предприятия берут новые средства для найма новых работников и покупки новых предприятий, инструментов, машин и других видов капитальных благ. В то же время потребители также пользуются преимуществами дешевых заимствований для приобретения жилья, автомобилей и других видов потребительских товаров.Все выглядит замечательно. Занятость и доходы растут по мере расширения бизнеса. Компании видят, что их запасы слетают с полок, как горячие пирожки. Акции на эти компании достигают новых максимумов, поскольку инвесторы смотрят на доходы предприятий. Инвесторам-любителям также легче покупать на рынке, потому что их собственные доходы растут, и трудно сделать неправильный выбор, когда все идет хорошо.

Последствия дешевых денег

Неужели ФРС своей политикой создавать богатство? Можем ли мы просто запустить печатный станок и бесконечно управлять деньгами и кредитным счетом без реальных последствий?К сожалению, нет.Новые зеленые бумажки или записи на электронных счетах не увеличивают количество благ в экономике. Новые кредиты и кредитные карты с низкими процентными ставками также не могут этого достичь. Фактически, под пеленой счастья и оптимизма мы разрушали нашу производительность. Мы проедали наши ресурсы и не могли сберечь наши капитальные блага.Кроме того, проекты, которые проводили предприятия, оказались ошибочными. Их было обмануто в тот способ, что из-за ложной информации от кредитных рынков их убедили инвестировать в более рискованные проекты с более длительным сроком окупаемости.Искусственно дешевый кредит маскирует реальное наличие капитала. Это подобному тому, как если бы мы выполняли проекты A, B и C, когда нам действительно было достаточно ресурсов только для проекта А. Цены на ресурсы начинают расти выше, чем этого от них ожидали. Хотя мы на наполовину закончили проекты B и C, мы понимаем, что они не могут быть завершены полностью, поэтому мы отказываемся от них, и все работники, занятые в этих проектах, должны найти новую занятость.

Кризис — это оздоравливающая коррекция

Кризис начинается тогда, когда денежный поток останавливается или замедляется. Люди начинают оценивать, насколько они правильно разместили капитал в свете новых ожиданий относительно будущих процентных ставок и окупаемости их текущих проектов. (Прогноз точного времени кризиса затруднителен, потому что большая часть экономических данных была сфальсифицирована и потому, что она зависит от представлений и ожиданий каждого экономического агента).Кризис, хотя он отмечается ростом безработицы, падением цен на акции и банкротством предприятий, на самом деле является оздоравливающим явлением. Кризису должно быть позволено возыметь эффект, чтобы мы могли скорректировать наши представления, кто выполняет какую работу, какие используются инструменты, основанные на реальном наличии ресурсов, которые были сбережены.Воображая, что проблемы решаются при помощи печатного станка, мы пинаем дурака и создаем еще большие неприятности. Мы можем поддерживать цены на акции и вливать еще больше денег, но это не решает наши фундаментальные проблемы, а только усугубляет их. Мы не можем решить проблемы одного бизнес-цикла, вызывая другой.

Вывод

Свидетельствует ли фондовый рынок о том, что финансовый кризис начался? Будет ли позволено пройти здоровой коррекций, которой нужно состояться, чтобы иметь стабильную растущую экономику? Это вопросы, на которые пока нет ответов.Мы можем с уверенностью сказать, что десятилетнее ралли в ценах на акции не может основываться на одной лишь вере в новую эру устойчивого роста и производительности. Фактически, индексы фондового рынка выросли настолько, насколько их инфлировала Федеральная резервная система, и это подтверждается многочисленными свидетельствами.Мы имеем право ожидать, что фондовый рынок достигнет новых максимумов после беспрецедентной экспансионистской монетарной политики. Бизнес и занятость должны чувствовать себя прекрасно после нескольких лет почти нулевых процентных ставок и очень дешевых денег.Но мы также не должны удивляться, когда неизбежный спад следует за подъемом.

Добавил: Alterexit Дата: 2018-02-09 Раздел: Макроэкономика