Меню

Геополитический протекционизм США

Поскольку визит в Москву американского советника по нацбезопасности Джона Болтона оказался удачным для Кремля, логично возникает вопрос: какова будет политика США по отношению к путинскому режиму?

Болтон Путин

На самом деле выбор невелик: либо разрядка в духе Никсона, либо конфронтация с акцентом на доразвал российской империи по примерному сценарию Рейгана. Либо Трамп, как любитель среднеазиатских диктаторов Кима и Си, выберет «срединный путь»?

Судя по публичным высказываниям Болтона, Вашингтон не намерен полностью закручивать гайки, оставляя Москве шанс для геополитического маневра. Скорее всего, разменной картой окажется Сирия. И не потому, что Трамп очень любит Украину. Все значительно проще – Штаты переходят на новый виток энергопотребления, ставка делается на экспорт сжиженного газа и поглощение европейского энергетического рынка. Прощай Газпром и «Северный Поток-2».

Американская элита, в отличие от европейской, не связана коррупционными деньгами с обитателями Кремля. Поэтому они могут спокойно договариваться по Ближнему Востоку и в то же время продавливать свои геоэкономические интересы на старом континенте. В этом отношении война в Восточной Европе никому не нужна. Но и нет кровной заинтересованности в быстром разрешении украино-российского противостояния. Так что резину будут тянуть долго и нудно, - минимум до 2025 года. А потом, смотри, либо Путин сдохнет, либо Россия извергнет нечто, подобное революции. Во всяком случае, пока «золотой миллиард» не перейдет к новому энергетическому порядку, а Газпром, как, в том числе рассадник политической коррупции, не исчезнет, никто особо дергаться не станет. Украина попала не то, чтобы в ситуацию геополитического одиночества, но будет вынуждена решать свои проблемы более самостоятельно. Инфантильных государств никто не любит.

Что же касается Трампа, то, как ни странно, он оказался сильнее своей администрации. Хотя это впечатление несколько обманчиво. Одно дело – заявления для российской прессы, когда Болтон изливал дружелюбие к «другу Владимиру», а совершенно другое – санкционная политика. Как в случае с Северной Кореей. Поговорили, договорились, чего-то странное подписали, санкции продлили и никаких сентиментов по отношению к диктаторским режимам.

Хотя нет, рассуждать о политике Трампа с точки зрения прав и свобод человека – ошибочно. Здесь работает другой формат – геополитический протекционизм. То есть на смену политических стандартов международных отношений приходят сугубо экономические критерии. Это печально: глобальная экономика не признает границ, а значит и право, в том числе национальное. Проблема как раз состоит в том, что для США такой подход, ввиду развитой экономики, вполне адекватен, но не для Европейского Союза с его, извините за сленг, недоразвитыми партнерами, чревато высокими финансовыми рисками. Отсюда и конфликтность ситуации, и поле деятельности для геополитических интриг Кремля. Чем он, безусловно, и пользуется.

Именно с этих позиций Трамп выступил за возвращение России в группу G7. Для американского лидера неважно, ведет ли РФ боевые действия против Украины, бомбит ли Сирию или применяет химическое оружие в той же Сирии и в Англии. Для него важен фактор переговоров и договоренностей – не в ущерб крупному капиталу своей страны. Иначе говоря, Трамп – типичный ставленник консервативных кругов США, говоря пропагандистским языком советского времени. По иному мыслить он не умеет. Спор с канадским премьером Джастином Трюдо также вытекает из логики тотального геополитического протекционизма – ему, Трампу, неважна позиция партнеров, потому что партнеров нет. А в Москве стимулируют такую политику – разночтения между Вашингтоном и Брюсселем ослабляют геостратегическую привязанность Восточной Европы и Балтики к трансатлантическому миру. В Польше это прекрасно понимают и поэтому через контракты по поставке СПГ связывают американцам руки, заставляя последних действовать в своих интересах, тогда как Украина только и делает, что укрепляет коррупционные связи с оккупантами. Вот вам голая реальность геополитического выбора.

Все вышесказанное не означает, что Америка игнорирует риски, связанные с российскими геополитическими амбициями. В новой Стратегии национальной безопасности и Стратегии национальной обороны четко указано, что главной задачей США на предстоящие годы является сдерживание России и Китая. Фактическое обновление ядерного потенциала в качестве «фактора сдерживания» ориентировано на вызовы агрессивной российской ядерной доктрины и торговлю Москвой новых ядерным оружием. Больше того, американские подразделения пребывают в государства ЦВЕ. И именно при Трампе был, наконец-то, разблокирован проект продажи летального оружия Украине. Не забудем и про прямое боестолкновение американцев и россиян на полях Сирии – вряд ли такой эпизод был бы возможен во времена администрации Обамы.

Предстоящий саммит в Хелсинки, запланированный на 16 июля, будет похож на аналогичное мероприятие в Сингапуре. Вряд ли в такие сжатые сроки стороны подготовят необходимые документы. Знакомство между главами государств уже произошло, да и проблем накопилось достаточно, чтобы вести дипломатические беседы. Понятно, что Кремль попытается обесценить переговоры, но это лишь подтверждает то, что Ялты-2 или какого-то иного сценария «передела» сфер влияния не предусмотрено. У США нет экономической заинтересованности в сотрудниестве, а Россия слишком слаба, чтобы навязать собственную повестку дня. Поэтому нас ожидают три вещи: демагогия по Украине; определение критериев возможного перемирия в Сирии, а без участия Саудовской Аравии и Ирана это та же демагогия; четкий и конкретный разговор о степени вмешательства РФ в американские выборы. Последнее и является основной темой будущего разговора.

Добавил: ALTEREXIT Дата: 2018-06-29 Раздел: Геополитический контекст